АРТУА. ЗОЛОТО ВАЙХОВ - Страница 42


К оглавлению

42

Первый день пути прошел спокойно, нам никто не повстречался. Нас самих, едущих на фоне леса, заметить со стороны степи довольно проблематично. Мы довольно рано остановились на ночлег, выбрав местом стоянки небольшую поляну, с пробегающим невдалеке ручьем, теряющимся в низине. Шлон принялся кашеварить, чему мы все только обрадовались, готовил он вкусно. Остальные занимались кто чем, в ожидании ужина. Ворон, правивший засапожный нож, закончив занятие, встал. Он подошел к балоту Проухва, прислоненному к дереву и взял его в руки.

Затем повертел балот, проверяя балансировку и, поманив заинтригованного Прошку, направился к краю поляны.

Мы все заинтересованно смотрели в его сторону. Ворон остановился, взял балот посередине, и показал нам такое, отчего мы все пришли в восхищение. Балот ожил в его руках. Не принимая вычурных поз и не показывая акробатических прыжков, Ворон сделал то, за что уважают Диких друзья и боятся враги. Скупые экономные движения, использование инерции оружия все, все пошло в ход. Вот колющий удар сменяется сбивом, сбив переходит в рубящий по широкой дуге и сразу же балот прикрывает древком голову Ворона, чтобы уже через долю секунды снова атаковать длинным выпадом.

Все смотрели на работу Ворона, затаив дыхание. Настоящий мастер, ничего не скажешь. Закончив демонстрацию, Ворон подозвал Проухва к себе и начал что-то объяснять, наглядно показывая технику владения балотом. Прошка внимал ему, брал оружие в руки и пытался повторить движения Ворона.

Все, процесс пошел, Дикие откликнулись на мою просьбу и это не может не радовать. Поужинав, мы легли спать, не забыв выставить караулы. Я долго ворочался, сон не шел, вспоминалась Энолия, ее ласковые руки и горячее тело. Промаявшись с полчаса, уселся рядом с догорающим костром. На своем ложе заворочался Прошка, я жестом успокоил его, спи все нормально, мне нужно побыть одному. Игра света на углях завораживала, мысли плавно перетекали с одной темы на другую.

Зачем мне все это надо, думал я, опасности, ночевки у костра, подгоревшая каша, непрожаренное мясо и кислое вино. Мне вполне хватит доходов с подаренного имения, найду милую девушку, женюсь, пойдут дети, обязательно дочка и обязательно сын. Буду растить их, воспитывать. Вечерами, обнявшись с любимой женой, мы будем сидеть на террасе в удобных креслах, смотреть на догорающий закат и целоваться. Накоплю денег, куплю домик с фруктовым садом у самого моря, лодочку с парусом. Море, оно всегда такое красивое, и когда ласково плещется возле твоих ног, и когда бьется в ярости пенными валами.

С этими сладкими мечтами я и уснул, подложив под голову седло.

Утро выдалось прохладное, ночью выпала роса, покрыв траву и листья деревьев капельками воды, переливающимися всеми цветами радуги в лучах восходящего солнца. Позавтракав, мы отправились в дальнейший путь. Я специально не стал поднимать людей еще в потемках, первый ночлег после отдыха у Крейга, пускай втягиваются.

За световой день мы успели отмахать порядочное расстояние, не останавливаясь привалом и перекусывая на ходу. И снова ужин у костра, ночлег, подъем, бесконечный день в седле, который, казалось, никогда не закончится.

Мы двигались почти строго на юг, и на исходе четвертых суток ландшафт начал понемногу меняться. Лес становился все реже, степь местами почти потеряла травяной покрой и порой напоминала пустыню.

На шестой день мы достигли места, откуда наш путь лежал через степь. Человек, с которым разговаривал Анри, подробно объяснил, где именно мы должны повернуть на запад. Пики двух гор, той, что повыше и подальше, и другой, что пониже и поближе, должны створиться, то есть лечь на одну линию. Последние два дня мы с нетерпением ждали этого момента, с самого начала появления гор на горизонте. Наконец, это произошло.

Лес в этом месте оказался совсем чахлым, да и воду, чтобы напоить лошадей мы отыскали с трудом. До заката оставалось еще часа четыре, но я принял решение остановиться на ночлег, а утром, перед самым восходом, продолжить движение к теперь уже близким горам. Степь уже совсем напоминала глинистую пустыню, с редкими островками чахлого кустарника. В принципе, кочевники должны пренебрегать этим участком степи, здесь даже неприхотливых овец трудно прокормить, но ближе к горам протекает река, а где вода там и трава и вот там то и существует наибольшая вероятность встретить кочующие племена вайхов.

Все оставшееся время до заката солнца мы посвятили подготовке к переходу, мелкому ремонту снаряжения и просто отдыху. Шлон приготовил неплохой ужин, еще по дороге Нектор умудрился добыть парочку крупных степных птиц, не умеющих летать, но быстро бегающих. Шлон запек их в глине, я разрешил достать кожаные меха с вином, но на предложение Шлона употребить под дичь нечто более крепкое ответил, что эликсира мало, и в следующий раз мне нечем будет лечить его дурную голову.

Кстати, он, наконец, поменял свою чалму на форменную егерскую шляпу, оставшуюся у него еще со времен службы. На розовую плешь, образовавшуюся после удара саблей, Шлон зачесал отросшие за время пути волосы. Нектор, желая подшутить над приятелем, предложил ему на выбор — содрать остальную кожу с головы, либо же приклеить кусок овечьей шкуры с шерстью на место плешины. На что Шлон резонно заметил, что волосы на голове отрастут, а клочок кожи с шерстью необходимо приклеить Нектору на подбородок. И он с гордостью погладил свою кудрявую бородку, изрядно отросшую за время похода.

У Нектора действительно на месте бороды было сплошное недоразумение, которое он категорически отказывался сбривать, несмотря на постоянные шутки друга.

42